Все статьи

Светлана Цыганкова. Внутренний разгром

Миша поднимался на второй этаж, чтобы разбудить отца к обеду. Еще не войдя в комнату, он увидел его лежащим на большой кровати с высокой спинкой. Глаза были закрыты, лицо бледное. Не зная почему, он вдруг понял, что отец мертв. Рядом с ним заметил револьвер. Двенадцатилетний Миша с криком: "Папа застрелился!" буквально кубарем покатился вниз со ступенек. Так покончил с собой известный писатель Александр Фадеев.

Пожалуй, ни одна книга не произвела на меня такого сильного впечатления, как "Молодая гвардия" Фадеева. Во-первых, когда ее читала в юности, герои романа были моими ровесниками, вчерашними школьниками. Во-вторых, эти ребята — мои земляки. Шахтерский город Краснодон, в котором они жили, — в тридцати километрах от моего родного Антрацита. Мы классом чуть ли не каждый год ездили туда на экскурсию, бывали в том страшном подвале, куда свозили арестованных молодогвардейцев и на стенах которого сохранились прощальные слова ребят. Стояли с замиранием сердца у шурфа заброшенной шахты, куда фашисты сталкивали юношей и девушек, спустив напоследок на них вагонетку... Олег Кошевой, Ульяна Громова, Любовь Шевцова, Иван Земнухов, Сергей Тюленин — эти имена знали все.

Честно скажу, мало задумывалась тогда об идеологии, хотя в учебнике было написано и о большевике Лютикове, и о старших товарищах-шахтерах. Как потом выяснилось, на самом деле не было никакого руководства. Просто собрались вчерашние одноклассники и решили хоть как-то сопротивляться фашистскому режиму. И в первом издании романа "Молодая гвардия" было именно так. И именно за него Александр Фадеев получил Сталинскую премию. Генералиссимус сразу роман не прочел, положившись на авторитет автора. А когда добрался до него через год, пришел в ярость. Где партия, где коммунисты, разве могут мальчишки и девчонки сами прийти к такой патриотической идее? Фадееву "посоветовали" переделать роман. У него не поднялась рука полностью переписывать. Александр Александрович ввел новых героев — коммунистов и продемонстрировал их руководящую и направляющую роль. И роман проиграл.

В литературных чтениях, которые по случаю столетнего юбилея писателя устроили в Петрозаводском Государственном университете, о "Молодой гвардии" говорили мало, называя Александра Фадеева автором одной книги — романа "Разгром".

— Это же несправедливо, — искала я поддержки у сына писателя — Михаила Фадеева, специально приехавшего на литературные чтения в Петрозаводск.

— Первый вариант книги замечательный, — ответил Михаил Александрович. — Фадеев ее писал всем сердцем. Я знаю по рассказам бабушки и мамы, что папа плакал, когда писал "Молодую гвардию". А потом была каторжная работа. Из-за этой книги исковерканы судьбы некоторых людей. Но Фадеев здесь совершенно не виноват. С каким материалом он был ознакомлен, на этой основе и написал.

— Профессор кафедры литературы Петрозаводского Государственного университета Евгений Неелов на литературных чтениях сказал о том, что Фадеев — это судьба, талантливая и трагичная.

— Мой отец действительно был талантливым писателем. Но сегодня он полузабыт. Его мало кто читает. Наверное, чтобы открыть его заново, необходимо время.

— Но в свои годы он был очень известным, обласкан самим Сталиным...

— Фадеев был убежденным коммунистом, вступил в партию в 16 лет. На X съезде видел Ленина, даже дотронулся до его рукава, когда тот проходил мимо. Очень много писал. Но в отличие от других людей постепенно прозревал. Медленно, тяжело и страшно. От этого его запои, его переломы. Что касается Сталина, то он не имел возможности часто встречаться с ним. После выхода "Разгрома" на квартиру Фадеева позвонил Сталин, и они впервые тогда увиделись. А вообще Фадеева наказывали часто и много. За все. За то, что опубликовал Платонова, тогда он страшно испугался после разговора со Сталиным. Я думаю, именно с тех пор он стал называть Сталина сатрапом. Его управление в Союзе писателей длилось с конца 1947 года по 1954-й. Тот Союз писателей называли фадеевским, практически в таком виде он просуществовал и до 1991 года.

— Как мне кажется, у Фадеева было еще одно глубокое, непередаваемое по надрыву, по силе литературное произведение — его предсмертное письмо... В годы перестройки его впервые опубликовали, и все ахнули, насколько совестливым и порядочным оказался писатель-функционер Фадеев...

— Я первым обнаружил тело отца. Мне было 12 лет. Письмо тогда изъяли сразу.

— Некоторые все же сомневаются в подлинности этого документа, может, прав был Михаил Шолохов и не было никакого письма?

— Первая его публикация — факсимильное воспроизведение текста Фадеева. В одном месте даже два слога повторяются. Это говорит о тяжелом душевном состоянии писателя. Да и зачем что-то придумывать, письмо и так долгие годы скрывали. Я уверен в его подлинности.

— А сами вы не собираетесь написать книгу об отце?

— Это очень трудно. Да и не писатель я. У моего отца трагичная судьба, он всю жизнь был одиноким человеком.

Об Александре Фадееве написал книгу Григорий Фукс, писатель и журналист, бывший петрозаводчанин, живущий ныне в Америке. Григорий Ефимович также специально приехал на литературные чтения, посвященные столетнему юбилею писателя. Его книга "Двое в барабане" — анализ взаимоотношений Александра Фадеева и Иосифа Сталина. Она названа повестью, хотя основана на документальных свидетельствах. Смысл книги сводится к тому, что прозрение Фадеева наступило слишком поздно, когда его уже обкатали в сталинском барабане.

Всю жизнь Александр Александрович служил партийной идее, все свои силы отдал строительству литературной организации, которая ставила своей целью воспитание нового человека. Он был уверен, что растит кадры для будущего общества. Но поколение писателей не выросло. Наиболее талантливые писатели, сильные творческие фигуры остались в литературе вопреки Союзу писателей, Сталину, партии, остались великими, а те, кто исполнял идеологические заказы, были серостью. Это предопределило внутренний разгром Фадеева. Писатель не должен использоваться как инструмент для реализации партийной политики.

Вечная проблема власти и думающего человека. В своем последнем письме Александр Фадеев напишет: "Лучшие кадры литературы в числе, которое даже не снилось царским сатрапам, физически истреблены или погибли, благодаря преступному попустительству власть имущих. Лучшие люди литературы умерли в преждевременном возрасте; все остальные, мало-мальски способные создавать истинные ценности, умерли, не достигнув 40-50 лет. Литература — это святая святых, — отдана на растерзание бюрократам и самым отсталым элементам народа... Жизнь моя, как писателя, теряет всякий смысл...".

Совестливый, умный, порядочный и честный человек Александр Фадеев. Таким он был, таким он и остался, несмотря ни на что. Роковой выстрел в далеком 56-м году — тому подтверждение. Но годы покаяния прошли и наступило время забвения. Приближается столетний юбилей писателя, его сын обратился с письмом в Министерство культуры с просьбой помочь восстановить памятник Александру Фадееву (при похоронах Ангелины Степановой он был деформирован). Официального ответа нет. Сказали на словах, мол, нет денег...

Источник:http://www.rep.ru/

Тем временем:

... С ярмарки и с Волги всплывал в жаркое небо глухой, спутанный шум чужой жизни. По грязной воде, по радужным пятнам нефти тяжко ползали пароходы, баржи, лодки, доносился свист и скрежет железа, чьи-то широкие ладони мощно и часто хлопали но воде, а вдали, за лугами, горели леса и в дымном небе неподвижно стояло тускло-красное солнце, лишенное лучей, плешивое.
     Постукивая палкой по стволу дерева, клоун запел, тихонько и молитвенно:
     - Оун, доун, лоун, дир...
     Лицо его было грустно и серьезно, брови сдвинулись; странные звуки песни вызвали у меня какое-то боязливое настроение,- мне захотелось проводить этого человека домой, на ярмарку.
     Вдруг откуда-то явилась сердитая шершавая собака. Она прошла мимо клоуна, села в двух шагах от него на пыльной траве и, протяжно зевнув, покосилась на него, - клоун выпрямился и, приложив трость к плечу, прицелился в собаку, как из ружья.
     - Урр,- тихонько зарычала собака.
     - Рр - гау! - ответил клоун на хорошем собачьем языке. Собака встала и обиженно ушла, а он оглянулся и, заметив меня под деревом, дружески подмигнул мне.
     Он был одет щегольски, как всегда,- в длинный серый сюртук и такие же брюки, на голове блестящий цилиндр, на ногах красивые ботинки. Я подумал, что только клоун, одевшись по-барски, может вести себя на улице, как мальчишка. И вообще мне казалось, что этот человек, чужой всем, лишенный языка, чувствует себя так свободно в суете города и ярмарки лишь потому, что он - клоун.
     Он ходил по панелям, как важная персона, никому не уступая дороги, сторонясь только перед женщинами. И я видел, что, когда кто-либо в толпе касался его локтем или плечом, он всегда, спокойно и брезгливо, что-то смахивал рукою в перчатке с того места, которого коснулся чужой...

Максим Горький   
«Клоун»